Керамические манипуляции группы «Артефакт»

Керамика - экологический чистый и самый долговечный материал на земле. Игорь Борисович, Наташа, Юля и Татьяна - а вместе они группа «Артефакт» - рассказывают о своей керамической мастерской, о том, как выбрали профессию, и что оформляли в Петербурге.

Давно вы занимаетесь декоративно-прикладным искусством?

Игорь: Я учился в СХШ - это школа, в которой с 5-го класса начинают усиленно рисовать по 10 часов, и оттуда выходят настоящими профессионалами. Мой отец был живописец, он преподавал в Академии художеств. Мы с ним вместе писали большие холсты. А потом я увидел «Святого Себастьяна» Саши Задорина, и он меня очень потряс: началась выставка «Одна композиция», по-моему это был 1978-1979 год, люди приехали со всего Советского Союза, поскольку тогда на официальных выставках нельзя было представить что-то подобное, керамика стала всем интересной, и многие художники  начали этим заниматься.

Наташа: Мы, вся команда «Артефакт», вместе закончили отделение керамики в Академии им. Штиглица. Игорь Борисович - наш преподаватель. Лично у меня вся династия «керамическая»: мой дедушка Генрих Вебер, бабушка Ольга Белова, их работы можно увидеть в Русском музее. В основном у них выставлена декоративная керамика - посуда и другие изделия, которые изготавливались на заводах. Но в целом они занимались больше монументальной керамикой. Моя мама тоже керамист, она сейчас работает на Императорском Фарфоровом заводе, её зовут Ольга Белова-Вебер.

Получается вы пошли в эту профессию вслед за своей семьей, или это ваш собственный выбор?

Наташа: Я поступила в Мухинское училище случайно, просто пришла посмотреть учебное заведение и кафедру, которую закончили все в моей семье. Сама на тот момент училась в Институте Лезгафта на тренерском отделении, но затем ушла оттуда. У меня не было никакой особой подготовки, я не ходила в художественную школу, а в Мухинском я сначала работала два года, насмотрелась, втянулась во всю эту историю, и мне потом захотелось тоже поступить, что я и сделала.

Игорь: Знаете, интересно, что в мире неоднозначное отношение к керамике: в основном она не считается за высокое искусство, как живопись, скажем. Все потому, что керамикой занимаются люди, которые закончили какой-то непонятный кружок. Походили они, например, в гончарный кружок и стали заниматься по жизни керамикой, может даже сделали свою мастерскую. Но когда они начинают лепить фигуры, то это тихий ужас. У меня с 1990-го года проходили выставки в  Стокгольме, в Англии, потом в Германии, и я видел, что наши керамисты заграницей по своему мышлению на порядки выше. Их там учат идеально делать какую-нибудь китайскую глазурь 4-го , 5-го века, а в России этому не учат - у нас учат думать, рисовать и составлять композиции. Хотя многие со мной не согласятся.

Вы работаете вместе, это как-то помогает вам? Вы смотрите друг на друга, помогаете, подсказываете?

Наташа: Мы все профессионалы в этой области, но у всех очень разный стиль работы. Общее дело нас объединяет, помогаем друг другу, подсказываем. В основном делаем объекты интерьерные, выставочные, керамическую скульптуру. 

У меня был большой проект «Все мое ношу с собой» - это такие керамические сумки с различными античными рельефами и принтом, ассоциативно напоминают бумажные пакеты с которыми мы каждый день ходим по улице. То есть это что-то, что человек носит в себе, его внутренние идеалы, стремления, впечатления. Они сейчас выставлены в одной галере, а здесь в мастерской вы видите эскизы к итоговым работам.

В мастерской можно что-то купить или сделать под заказ?

Наташа: Да, к нам приходят, что-то покупают или заказывают, но у меня есть еще другое направление - я провожу мастер-классы по гончарному мастерству, куда приходят и дети, и взрослые. Мы вместе делаем керамическую посуду и, как выяснилось, это очень популярно на сегодняшний день. Эко-посуда называется.

Иногда приходят коллеги-художники, потому что не каждый может себе позволить иметь такую базу дома, а здесь у нас есть условия, чтобы проводить обжиги, глазуровать и красить. Есть все нужные материалы и мастера, которые могут обучить.

IMG_8493Edit.jpg

Расскажите о сложностях в работе керамиста?

Игорь: После обучения в академии я выполнил свой первый заказ буквально на следующий год после окончания. Для Макаровской академии я делал гигантские керамические панно. Тогда я умудрился уговорить начальника академии на совершенно неформальную композицию на тему диковин: моряки любят плавать, путешествовать и всегда привозят с собой трофеи, ракушки, например, и я ему сделал абсолютно абстрактную работу, где ракушка переходила в подводную лодку. Начальнику это понравилось, при том, что это надо было сделать для кабинета, где он встречается с гостями (украсить помещение). Я это говорю к тому, что можно заказчика направить в свою сторону и делать то, что ты хочешь.

Наташа: У меня в прошлом году был интересный проект, мы работали с архитектором Игорем Павловичем Шмелевым в Токсово, у него всего несколько уникальных проектов, и мы там вместе оформляли интерьеры, делали бассейн. С этим архитектором было очень тяжело работать, он жил в Риге, и у него не было мобильного телефона, иногда нам приходилось ждать по три недели, чтобы он приехал и посмотрел на нашу работу. Он приезжал и говорил, что все надо переделать, потом возвращался через пару недель, а мы еще не успели особо поработать над этим. Он вдруг начинал хвалить нас и говорил: «Совсем другое дело!»: хотя ничего практически не поменялось. Сложная была работа, длилась почти полгода, но это отличный опыт.

Насколько сейчас люди увлекаются керамикой, у вас в мастерской много заказов?

Наташа: На самом деле меня тревожит вся эта ситуация с заказами. Заказы есть постоянно у крупных керамических организаций у нас в городе, но их  можно пересчитать по пальцам, например, «Паллада» и еще пара заводов, они в основном делают изразцовые печи, камины.  Мне несколько раз предлагали подобную работу. Есть ресторан «Подворье» в Павловске, его хозяин реставрировал музей в своем городе и предлагал нам взяться за проект, но так и не получилось договориться, потому что объем работ большой, а стоимость нас не устроила. И такое бывает часто, может быть, по каким-то причинам люди думают, что эта работа проще, чем на самом деле.

Игорь: Многие просто не понимают, что керамика - это сложный труд. Надо приготовить глину, после этого сделать гипсовые формы, пробники, а на это тратится много материала, и это энергетически и материально затратное дело.

Наташа: В советское время мои дедушка с бабушкой получали заказы через Союз художников. Дедушка проходил выставочные комиссии, предлагал много эскизов и макетов и получал заказы, на которые иногда тратил год или два, но зато потом можно было купить дом на заработанные деньги. Свой последний заказ он сделал в конце 80-х, когда я родилась, - три года они делали керамический фонтан в детском лагере «Орленок» на Черном море, он до сих пор там стоит, где гигантские керамические цветы. Я была совсем маленькой, но отлично помню, что мы всей семьей делали этот заказ - мама, бабушка, дедушка и даже я сама немного помогала. Но в 90-м весь строй рухнул, и все изменилось, конечно.

Игорь: Примерно в это же время я делал заказ для кинотеатра «Космонавт»  на Бронницкой улице - большой фриз на тему космоса. Там были звезды и космонавты, а их шлемы были в виде нимбов. Ко мне прицепился комсомольский деятель из этого кинотеатра, что я сделал религиозную работу в советском кинотеатре, это был буквально последний писк той системы. Так что все двояко, заказы были, но сделать по-настоящему то, что хочешь, не всегда получалось.

Наташа: В один из моих последних заказов мы оформляли спальню в квартире для одной зажиточной семьи, мы делали инсталляцию из двухсот фарфоровых бабочек, подвешенных к потолку. Это была очень трудоемкая работа, я сама каждую зашкуривала, отливала, просверливала дырочки. Мы придумывали целую систему как это подвесить, чтобы не было видно, то есть не просто смонтировать, а со всех ракурсов посмотреть создаваемое движение. Мы работали три дня подряд, а вечером приехал заказчик и сказал: «Все хорошо, но тут не двести штук!»: такой вот клиент.

Люди сейчас часто заказывают нефункциональную керамику, для оформления частных домов или квартир: когда создают интерьер в каком-то определенном стиле, керамика часто может дополнить и подчеркнуть стиль. Но мы делаем и много функциональных вещей, например, мои керамические пакеты абсолютно функциональны - можно цветы в них сажать, бумагу складывать. Иногда мы делаем часы, я вообще стараюсь не создавать таких вещей, которые никак нельзя использовать.

Вы работаете в мастерской 309, арт-лофт «Муза», - почему именно здесь?

Наташа: Мне очень нравится, что мы нашли помещение для мастерской именно в «Арт-Музе», удивительный проект, и замечательно, что здесь действительно только художники, и они все очень разные. Мы все дружим, особенно с соседней текстильной мастерской, они сделали для нас фартуки с нашим логотипом и дают нам штампы для отминки.

У меня очень интересное чувство возникает, как только я сюда захожу: я еще преподаю роспись по фарфору в колледже, это не сильно имеет отношение к тому, что я делаю в мастерской, здесь, конечно, я создаю более монументальные вещи, и у меня душа радуется, когда я сюда попадаю. Контакт с глиной имеет очень большое влияние на человека, на организм, на нервную систему, многие болезни лечит психического свойства, такая работа успокаивает, настраивает, концентрирует, особенно когда понимаешь, что ты среди своих.

Какие художники - не только керамисты - вдохновляют вас своими работами?

Наташа: Художники эпохи возрождения и античные рельефы - для меня это что-то совершенно недосягаемое! Наверное, это немного странно для керамиста иметь какого-то одного художника или стиль в качестве вдохновения, но вот мой дедушка просто с ума сходил по Врубелю. Еще он любил Иванова, в основном он копировал рисунки, которые он делал, пока учился в академии.

Юля (дипломница): меня очень вдохновляет эпоха Средневековья в целом, не только художники, но и вообще то, как мыслили люди тогда. А мое любимые стиль - барокко. Но я думаю, что важно вдохновляться другими художниками, пока ты учишься, а потом, когда ты готов уже к собственному самовыражению в творчестве, нужно все отбросить.

Игорь: Меня барочная музыка абсолютно точно вдохновляет. Мне кажется, она безумная, у меня ощущение, что это сумасшедшая музыка!

Вы участвуете в выставках?

Наташа: Уже 5 или 6 лет я участвую в выставке, которая каждый год проходит на Елагином острове, называется «Керамика на траве», но Игорю Борисовичу это не нравится, он считает, что нет ничего гаже, чем керамика в пейзаже (это как-то сказал один очень острый на язык московский искусствовед – Мейланд). Есть еще Союз Художников, все живописцы (и мухинские, и академисты) стараются выставить свои работы на ежегодной выставке в Манеже, но керамика там представлена мало, а сейчас вообще в один год выставляют живопись, в другой год - декоративно-прикладное искусство. В прошлом году я участвовала в выставке «Императорские сады России» в Михайловском. Сейчас мы потихоньку планируем организовать свою выставку, но пока еще рано об этом говорить.

В вашей мастерской занимаются сувенирной продукцией?

Татьяна: Да, я выбрала такой способ заработка, потому что он мне понятен, и я это хорошо чувствую. Я бы с удовольствием делала какие-то экстерьерные объекты, все-таки монументалист по образованию, и меня 6 лет учили, как работать не столько с объектом, сколько с пространством. Но если говорить о том, зачем человеку покупать вещи, которые не несут никакой функции, то ответ очевиден: на самом деле они меняют интерьер и строят его. Это как знаки, которые можно расставить и полностью изменить звучание пространства, в котором находишься. Мы, когда ходим по улицам, тоже имеем определенные ориентиры, точки - дорога, памятник, площадь, - сами не осознавая, мы зависим от этих вещей, рассчитываем свое время, отдыхаем или работаем, попадая в определенное пространство, потому что оно так сделано.

Наташа: Сначала архитектура задает общий тон пространства, а дальше по принципу от крупного к малому. И что является завершением любого интерьера? Грубо говоря, это именно эта чашка, поставленная именно на этот стол. Она является изюминкой, возможно, самым главным акцентом или тем, что в итоге дополняет всю картину, идеально подчеркивая стиль. Керамика - это неотъемлемая часть интерьера, будь это чашка, часы, или ваза.

В конце хотелось бы узнать, почему керамика нужна современному человеку?

Наташа: Когда только зародилась керамика, и появился гончарный круг, человек понял что посуду можно не только из дерева вырезать, которое потом трескается и ломается, это было великое открытие, ведь многие керамические вещи, сделанные очень давно, до сих пор стоят в музеях, с отпечатками  пальцев древних людей, то есть керамика - это навечно! Когда-то она носила абсолютно утилитарную функцию, для хранения, для ритуалов, сейчас у нас уже есть большой выбор материалов для изготовления посуды. Керамика сейчас потеряла такую функцию. Другое дело, что для художника очень интересно работать в керамике, потому что это материал вечен, и получается, что ты увековечиваешь свой взгляд на мир в нем. А еще этот материал экологически безвреден!

Татьяна: Сейчас многие нацелены на индивидуализацию своего интерьера, потому что существует массовое производство. Мебель как у всех, квартира как у всех - люди приходят к нам видят что-то и говорят: «Такая только у меня будет». Даже если это очень простая вещь, но интерьер человека будет обозначен этим уникальным предметом. Греет человека этот материал - у Омара Хайяма есть стихи про это.

 


Фотограф: Влад Богачев

Интервью: Лера Шадрина

Текст: Диана Иванина